June 7th, 2014

Front

(no subject)

Дубы колосятся! Но не все. Из 12 посаженных взошло девять, кто-то еле-еле пробился, а кто-то уже ваще дуб зелёный. Наглядная иллюстрация к тезису "все дети разные".

Пятно отстирали! Да здравствует кипячение, платье аж сияет в темноте. Боже, как давно я не слышала запаха кипятящегося белья. Рассказывала сегодня детям, как это было в нашем детстве: а мы-то в советские времена ооо. Ефим вспомнил, что видел где-то тазик со встроенной стиральной доской, но не вспомнил, как это называется. Мы и наши дети в некоторых смыслах дальше, чем были мы и наши родители. Я много про это думала, когда однажды прочитала ещё маленькой тогда Кире сказку  о спящей красавице. Вот веретено. Как много детей сейчас представляют себе, как работает веретено? Мне тоже пришлось объяснять это дочери. А мне никто не объяснял, потому что сколько я себя помню в деревне у бабушки, столько она этим самым веретеном пользовалась. А ещё я маленькая играла под настоящим ткацким станком, где бабушка ваяла свои половички (некоторые из них лежат в музее где-то в Архангельске). Для моих детей это всё экзотика. Как стиральная доска.

Переживала сегодня, что день снова жаркий, а дети дома. У нас дома в жаркий день просто адово пекло. А мы отлично провели время, сделали уборку, сварили пару платьев, пошли гулять с целью найти в сирени пятилепестковых цветочков. Вы тоже ели их в детстве? Ну вот я и до сих пор ем.

В очередной раз увидела, какие же они разные. Кира с малолетства была телесно-одарённая. Трудное физическое она отродясь воспринимает как вызов, при этом действует ловко, но осторожно, никогда не бездумно. Ефим вообще другой. Ему лучше вообще без этих вызовов. Когда, к примеру, приезжает Кирин крёстный, всегда устраивает с детьми полёты к потолку. По Кире видно, что она отдаётся этому занятию с удовольствие, что она летает. А по Ефиму заметно, что он весь внутренне напряжён, и от этого становится как полено, и ему вообще-то страшно. Сегодня лазали по деревьям, Ефим завис в каком-то неудобном месте и не может слезть. Кричт, зовёт меня на помощь. Я иду с намерением именно что помочь, поддержать,  типа слезет он сам. А мальчик просто отпускает всё, за что держался, и падает мне в руки. Такое вот доверие. Почти слепое. Очень он напрягается от того, что сестра такая вся сильная, ловкая и много умеет, чего он даже приблизительно не может повторить. Я не знаю, как остановить поток Кириного выпендрёжа или как донести до сына, что ему вовсе не обязательно быть таким как она. Там, кстати, где он в себе уверен, у него появляется искомая телесная лёгкость. На беговеле очень заметно. А Кира... Лежала сейчас с Филиппом, взяла её за ладошку - а на ладошке мозоли. От полотнищ и турника.

Про Филиппа скорее чувствую, чем вижу, что ему вот-вот должно полегчать. Раздышался вроде. Спасибо всем, кто желал ему здоровья в больном посте. Мы как-то отвыкли, что дети могут болеть аж по нескольку дней. А вот. Поломал нам все планы младшенький, но может оно и к лучшему.