February 13th, 2019

Front

призраки в ночи

Может, мне надо было пойти не в историки, а в филологи. Все больше в своем средневековом курсе я скатываюсь в литературу. Вот сегодня, вспоминая скальдов, а заодно углубившись в эту адскую систему стихосложения, я мучаюсь вопросом: почему именно у арабов и скандинавов случилась эта тотальная опоэченность социума? Сейчас филологи целыми факультетами расшифровывают все эти щитовые драпы и флокки, а тогда скальдов прямо сходу понимали абсолютно все. Для той аудитории это был совершенно естественный способ восприятия действительности, ну как для нас песни Цоя (даже не БГ). То же у арабов: поэзия авторская, типа не все могут, но в списке самых крутых скилов стихосложение - второе после боевого искусства. Почему у них? Придется еще копаться. Кто-нибудь из великих ведь уже думал об этом и наверняка что-то придумал.

Художественный текст мало когда достоверный, но он очень говорящий. Вот после того феерического стиха из Песни о Роланде, который про "пусть синагоги жгут, мечети валят", я точно знаю, как говорить с детьми о христианстве в средние века. Аой!

Алена, жалко, что у вас эпоха русского закончилась. Смотри, сколько родительного падежа в одном кеннинге может быть: разбрасыватель огня метели великанши укрывающего месяца коня корабельного сарая.

И внезапно узнать, что животное козел посвящено Тору, поэтому козлик на каждой странице книжек Маури Куннаса.

Еще у викингов охренительное право. Похлеще Салической правды местами. Потому что, например, законодательно запрещены определенные виды скальдической поэзии - хулительные ниды и любовные мансёнг. Ибо как сказал скальд - так и есть. Слова - концентрированная едкая магия. А еще можно было вчинить иск дикому зверю, который нанес ущерб хозяйству. То есть звери - тоже субъект права. В отличие от рабов. Господи, как этот мир удивителен без всякой травы.